Похищающая души читать онлайн


загрузка...

— О том, что видела в лаборатории Ливена, — сглотнула Кейт.

— Я так не думаю, — покачал он головой и сжал губы в жесткую линию.

— А чем еще это может быть? — нахмурилась Кейт.

— Ты излагаешь данные так, будто сама управляешь экспериментами. С использованием научных терминов, — она прижала руку к животу, но Гейдж продолжил. — Ранее ты упоминала вещество, тестируемое учеными Ливена.

— Да. Полигель или что-то в этом роде.

— Он называется полигал. Разработан нацистами во времена Второй Мировой войны. Производится из пектина свеклы и яблок. По задумке, он должен был ускорять процесс коагуляции, чтобы в случае ранений у солдат повышался шанс на выживание.

— Не понимаю. Какое он имеет отношение к Ливену?

— Нацисты тестировали полигал на пленных концлагерей. Отвечал за эксперименты доктор Зигмунд Рашер[1]. Он вводил препарат заключенным после того, как ампутировал им конечности.

— Ливен в своих лабораториях воссоздает эксперименты нацистов, — «несчастные люди». Желчь имела отвратительный привкус и обжигала горло.

— Нет. Полигал не работает. И никогда не работал. Также ты упомянула эксперименты по заморозке. Нацисты проводили их в попытке найти способ помочь выжить своим пилотам в случае крушения над Северным морем.

— Я ничего не понимаю, Гейдж, — Кейт потерла замерзшие руки друг о друга.

— Ты сказала, что твоя бабушка была немкой и похитительницей душ.

— Да, — мышцы ее живота напряглись так сильно, что она почувствовала боль.

— Что ты знаешь о ее родителях? О прабабушке и прадедушке.

— Бабушка почти ничего о них не рассказывала, — пожала плечами Кейт. — Их убили нацисты, когда она была совсем маленькой. Ее удочерили, а потом семья переехала в Австралию.

Подняв ручку, Гейдж уставился на нее, будто в ней был сосредоточен смысл его жизни.

— Скажи мне, — схватила его за руку Кейт.

— Воспоминания об экспериментах не твои.

— Что ты имеешь в виду? — сказанное не имело смысла. Она медленно моргала, пытаясь собрать картину воедино.

Опустив руки ей на плечи, Гейдж погладил прохладную кожу.

— Ты когда-нибудь слышала о генетической памяти?

— Ты говоришь об инстинктах? Как маленькие черепахи, едва вылупившись, уже знают, что нужно ползти к воде?

— Отчасти. Инстинкт — это склонность живого организма вести себя определенным образом. Большинство людей считают генетической памятью знания, данные нам при рождении и существующие до обретения опыта. Они закладываются в гено́м на протяжении многих поколений.

— Ты в это веришь? — Кейт наблюдала за ним.

— Верю. Но некоторые радикальные ученые думают, что есть и другой вид генетической памяти. Еще один, более точный, когда ребенку могут быть переданы конкретные воспоминания.

«Этого просто не может быть», — ее мозг вращался, пытаясь придти к осмыслению.

загрузка…

— Хочешь сказать, в меня заложены воспоминания о нацистских экспериментах, проведенных моим предком?

— Я считаю, что ты — прямой потомок доктора Зигмунда Рашера.

Кейт вскочила на ноги так стремительно, что повалила табурет.

— Нет, — она попятилась от Гейджа.

— И думаю, в тебе заложено знание обо всех его экспериментах. Включая то, как превратить человека в аномалию.

Кейт покачала головой. Ей казалось, что пол уходит из-под ног. Она ухватилась за край стола. Зло просто не может быть заложено в ее ДНК.

— Это безумие.

— Ливен ищет способ создавать аномалии. И хочет получить от тебя информацию.

Кейт отвернулась. Ей хотелось бежать и никогда не останавливаться.

— Мы не знаем, как Рашер добился успеха. Но знаем, что до войны было очень мало аномалий, а после — тысячи.

Замерев на месте, она медленно повернулась.

— Ливен хочет получить меня, чтобы создать свою личную армию аномалий.

— Армию солдат, которые будут исполнять его приказы без необходимости бить их и пытать. Ливену не нужен твой дар, Кейт. Ему нужны твои воспоминания. Воспоминания, закодированные в твоей крови.

На подкашивающихся ногах она прошла обратно и рухнула на табурет.

— Мой предок — сумасшедший. Человек, убивший тысячи людей.

— Ты — это ты, — Гейдж опустился перед ней на колени. — Ты ничем не похожа на Рашера.

— Мне никогда не сбежать от Ливена, — волной накатило ужасающее понимание. — Как можно избавиться от того, что заложено в плоти и крови? — Кейт обняла себя руками.

— Мы найдем способ, — Гейдж встряхнул ее. — Вместе.

И она знала, что он имел в виду каждое произнесенное слово. Гейдж не остановился бы в своем поиске. Однако задача могла оказаться из тех, которые не под силу решить даже гениальному доктору Уокеру.

Кейт позволила ему притянуть ее в объятия. Он был таким теплым, но даже в его руках она по-прежнему тряслась от холода. Ей казалось, что они отдаляются друг от друга.

Ливен никогда не прекратит преследование. Если остаться здесь, под угрозой окажется Приют и все его жители. Кейт крепко вцепилась в Гейджа и, скрывая слезы, уткнулась лицом ему в шею.

Она видела только один способ скрыть свои воспоминания — смерть.

* * *

Гейдж сидел в кабинете Кэла и выстукивал ногой дробь по полу. Сам Кэл, с мрачным видом сцепив перед собой руки, сидел за своим столом. Мара стояла у него за спиной, и в ее зеленых глазах полыхал гнев.

— Способ сделать из обычного человека аномалию скрыт в голове Кейт? — Кэл нахмурился сильнее. — Господь милосердный.

Гейдж видел, как Кейт дернулась — вздрогнула так легко, что остальные даже не заметили. Понурив плечи, она стояла у распахнутых французских дверей на террасу. Вот только Гейдж не думал, что Кейт сейчас в состоянии любоваться открывшимся видом.

— Но Ливен не знает, как получить доступ к воспоминаниям, ведь так? — спросила Мара.

— Еще нет, — Гейдж не отводил взгляда от Кейт. Казалось, после тех украденных часов наедине друг с другом прошла уже целая жизнь. Господи, как же хорошо было держать Кейт в своих руках. Она была словно рождена для его объятий.

Гейдж по-прежнему терзался чувством вины. Кейт все еще была уязвимой и, несмотря на ее силу, хрупкой. Ему вообще не стоило к ней прикасаться. И уж тем более думать о том, как сильно он хочет снова заняться с ней любовью.

Но Гейдж чувствовал, что она отдаляется. Они находились в одной комнате, но между ними пролегли сотни километров.

Он заставил себя перевести взгляд на Кэла.

— В конечном итоге Ливен найдет способ. На него работает несколько очень хороших ученых и…

— Не называй этих Франкенштейнов хорошими, — резко обернулась Кейт.

«Черт возьми». Нужно осторожнее подбирать слова.

— Да, они нравственно развращены, но при этом гении. Эксперты в своем деле. Вопрос времени, когда они найдут способ получить доступ к генетической памяти.

Кейт снова отвернулась, и Гейдж посмотрел на Кэла с Марой.

— А ты сможешь его найти? — спросил Кэл. — Сможешь получить доступ к памяти?

Только Гейдж открыл рот, чтобы ответить, как Кейт шагнула вперед.

— Нет, — она выбежала на террасу подобно урагану.

Мрачно глянув на остальных присутствующих, Гейдж последовал за ней. Высоко в небе сияло солнце, и утро становилось жарким и влажным.

Кейт стояла у перил, вцепившись в них обеими руками так сильно, что побелели суставы.

— Поговори со мной, — Гейдж обнял ее сзади. Не мог не прикасаться к ней.

Но Кейт отстранилась, что ощущалось подобно вонзившемуся в сердце острию.

— Никто не будет владеть этим знанием, — ветер хлестал Кейт по щекам кончиками ее коротких волос. — Ни Ливен, ни Каллахан…ни ты.

— Хорошо.

— Вот так просто? — между ее бровей пролегли морщинки. — Просто возьмешь и отпустишь то, над раскрытием чего работал всю свою жизнь?

— Я хочу, чтобы ты была счастлива, — Гейдж ухватил Кейт под подбородок. Очень нежно для кого-то настолько сильного. — По каким-то причинам твое счастье стало для меня важнее всего, что я когда-то считал значимым.

— Я не знаю, смогу ли когда-нибудь стать счастливой, — ее слова ранили его в самое сердце.

Время, проведенное за узнаванием тела Кейт, раскрытием ее секретов и способов доставить ей удовольствие, было самым счастливым в его жизни. Гейдж надеялся, что она чувствовала то же самое.

— Если ты все же решишь вернуться домой, если сочтешь это правильным, значит, так оно и будет, — смотреть ей вслед уничтожит его, однако больше всего на свете он хотел видеть ее улыбку и то, как голубые глаза лучатся радостью, а не гаснут в страдании.

— Ты можешь стереть воспоминания из моей головы? — выдохнула Кейт, проведя рукой по волосам.

— Мне нужно продолжить исследования. Запустить некоторые тесты, — Господи, Гейдж не мог дать ей ответ, который она хотела услышать.

— Значит, не можешь, — Кейт подняла взгляд к его лицу. — Гейдж, мы оба знаем, что Ливена не удержать. Он помешан на идее создания своей собственной армии…ведомый тьмой, он гниет изнутри, — она принялась смотреть на океан. — Я должна уехать.

— Мы найдем выход, — Гейдж схватил ее за руки. — Останься, и я тебя защищу.

— Продолжить скрываться? — у нее задрожали губы. — Жить взаперти?

Точно так же, как в плену у Ливена.

Нет, черт возьми, не так. Разочарование напоминало Гейджу удар в солнечное сплетение. Но он знал, что жизнь под замком — не жизнь.

— Если ради выживания придется остаться в Приюте, тогда да. Здесь не так уж и плохо…

— Однажды Ливен уже нашел способ обойти протоколы безопасности острова, — Кейт задрожала, и Гейдж знал, что она вспомнила о Джаггере. — Ливен не отступит. Пострадают люди, кого-то убьют. Возможно, Мару или Бэй Арчер. А как же дети? — подняв руку, она провела пальцами по его щеке. — Я должна уехать.

— Нет, — все в нем восстало.

— Выслушай меня. Я думала об этом все утро. Мне нужно уйти туда, где никто не сможет меня найти.

В том числе и сам Гейдж.

— Нет, — он слегка встряхнул Кейт, отчаянно нуждаясь в том, чтобы быть услышанным. Из ее горла вырвалось рыдание, и она уткнулась лицом в рубашку Гейджа.

— Ты дал мне почувствовать себя такой защищенной. Твоя вера дала мне храбрость самой поверить в себя, — она прижалась к его губам в поцелуе, безошибочно означавшем прощание.

загрузка...

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16